Это не заговор. Просто так получилось. Три премьера нашли уважительные причины не делить замороженные российские миллиарды

12–13 ноября в Дублине европейские лидеры должны обсуждать судьбу почти 200 млрд евро замороженных российских активов и искать деньги для Украины. Владимир Зеленский на встречу прилетел, а вот сразу три премьера — бельгийский, голландский и норвежский — отказались от поездки. У первого дома никак не поделят бюджет, у второго партнёры по правительству переругались из-за налогов, у третьего — внезапное недомогание. Совпадение получилось почти идеальным: в Дублине не будет ни главного противника использования российских денег, ни одного из главных сторонников этой идеи. А заодно не будет и норвежского премьера, который недавно обсуждал с Путиным возможность возобновления переговоров. У всех нашлись дела поважнее — свои правительства, коалиции и здоровье.

12 ноября в Дублине открылся саммит Европейского политического сообщества, на следующий день там же пройдет неформальная встреча лидеров Евросоюза. Однако отсутствие бельгийского премьера Барта де Вевера осложняет любые попытки продвинуться в споре об использовании примерно 200 млрд евро российских активов, замороженных в ЕС. Около 90% этих средств находятся в бельгийском депозитарии Euroclear.

Официальная причина отсутствия де Вевера — бюджетный кризис в самой Бельгии. Правящая коалиция не может договориться о мерах по сокращению дефицита примерно на 10 млрд евро. После провала переговоров премьер предложил королю Филиппу свою отставку, однако монарх ее не принял и поручил правительству продолжить переговоры. Де Вевер должен доложить о результатах 16 ноября.

Для Брюсселя спор о российских активах — не абстрактный политический вопрос. Именно в Бельгии находится Euroclear, через который проходят операции с замороженными средствами. Бельгийские власти опасаются, что конфискация российских резервов или использование самих активов в качестве обеспечения новых кредитов для Украины создадут серьезные юридические и финансовые риски для депозитария и страны в целом.

Есть и финансовая сторона вопроса. Замороженные средства приносят доход, часть которого Евросоюз уже направляет на поддержку Украины. По данным, приведенным в публикациях о работе Euroclear, только за первое полугодие прибыль от этих активов составила 2,7 млрд евро. При этом бельгийские власти настаивают: использование доходов и изъятие самих российских резервов — принципиально разные вещи.

Де Вевер не раз давал понять, что не собирается менять позицию. Накануне дублинских встреч он выступил в бельгийском парламенте и описал свои усилия по прекращению дискуссий вокруг российских денег так: «Один коллега подошел ко мне в коридоре и сказал, что это выглядело так, будто я прошелся по этим дебатам с огнеметом. Всеобщего энтузиазма за столом переговоров по поводу продолжения этой идеи больше нет».

После предыдущего саммита ЕС бельгийский премьер также заявил, что не намерен обсуждать изъятие активов до заключения мирного соглашения: «Хочу ли я об этом говорить? Нет, не хочу. Это лучший ответ, который я могу вам дать. Ни в одной войне, даже во Второй мировой, замороженные активы не трогали до самого конца конфликта».

Поэтому бюджетный кризис — не единственное объяснение того, почему отсутствие де Вевера имеет такое значение. Исследователь бельгийского центра социально-политических исследований CRISP Каролин Сэгессер в комментарии EUobserver отмечала, что внутри страны сложился жесткий консенсус против рискованных операций с российскими резервами. При таком раскладе для премьера было бы «полным безумием» пойти против общего мнения под давлением европейских партнеров.

Обозреватели аналитической платформы Voxeurop также трактуют линию де Вевера на европейских площадках как способ выиграть время и отвести критику. А пять дипломатов из разных стран ЕС в разговоре с Politico обвиняли бельгийское правительство в наличии «скрытой повестки», направленной на то, чтобы российские деньги оставались в Брюсселе.

На фоне многомиллиардных исков России к Euroclear такая тактика для Бельгии вполне объяснима. Чем дольше вопрос не получает практического решения, тем меньше Брюсселю приходится рисковать.

Но если отсутствие Де Вевера было плохой новостью для сторонников изъятия российских активов, то отмена поездки премьером Нидерландов Робом Джеттеном лишила дискуссию и одного из главных лоббистов этой идеи.

Как сообщает Anadolu, Джеттен возглавил коалицию стран, в которую также вошли Польша, Швеция и Испания. Они настаивают на использовании средств из Euroclear для покрытия дефицита финансирования Украины в 2027 году. Де Вевер публично критиковал голландского премьера за попытки вернуть в повестку схему, которую Бельгия ранее заблокировала.

Вечером 11 ноября Джеттен отменил поездку в Дублин из-за обострения политического кризиса в Нидерландах. Поводом стал конфликт внутри правящей коалиции вокруг налоговых мер. Партия VVD обвинила партнеров по правительству в нарушении коалиционного соглашения после того, как D66 и Христианско-демократический призыв договорились с оппозицией о налоговых изменениях. Джеттену пришлось остаться в стране, чтобы участвовать в парламентских дебатах.

Таким образом, два политика, которые спорят о судьбе российских денег с противоположных позиций, одновременно оказались заняты спасением собственных правительств. Это не означает, что Брюссель и Гаага действуют сообща, но для сторонников конфискации результат очевиден: в Дублине не будет ни главного противника, ни одного из главных сторонников такого решения.

На фоне споров о российских активах в Дублине проявился и другой раскол внутри Европы — вокруг прямых контактов с Москвой и будущего мирного урегулирования.

Премьер-министр Норвегии Йонас Гар Стёре был приглашен на саммит Европейского политического сообщества 12 ноября, но не должен был участвовать в неформальной встрече лидеров ЕС на следующий день: Норвегия не входит в Евросоюз. Однако в последний момент Стёре отменил поездку в Ирландию из-за ухудшения самочувствия.

Накануне он выступал на климатической конференции ООН COP31 в турецкой Анталье, откуда должен был отправиться в Дублин, но вместо этого вернулся в Осло. Госсекретарь канцелярии премьера Бхануджа Расиах сообщила норвежским телеканалам TV 2 и Nettavisen, что болезнь не носит тяжелого характера, однако вынудила Стёре отказаться от участия в открытии саммита и запланированной встречи с президентом Украины Владимиром Зеленским.

Отмена поездки совпала с дипломатическим спором вокруг телефонного разговора Стёре и президента Финляндии Александра Стубба с Владимиром Путиным 27 октября. По данным норвежского правительства, разговор продолжался около полутора часов и был посвящен войне России против Украины и возможностям возобновления переговоров. В Осло подчеркивали, что контакт проходил в консультации с Украиной, а Стёре и Стубб выступали от имени своих стран, а не всей Европы.

Однако сам факт прямого разговора с российским президентом вызвал вопросы у европейских партнеров. По данным Euronews, итальянский премьер Джорджа Мелони направила официальную жалобу главе Евросовета, а дипломаты стран Балтии и Скандинавии выразили недовольство тем, что лидеры двух стран самостоятельно инициировали контакт с Москвой. В центре спора оказался не только сам разговор, но и вопрос о том, кто и на каких основаниях может выступать посредником от имени Европы.

Отмена поездки Стёре избавила его от необходимости обсуждать эту историю с европейскими лидерами в кулуарах дублинского саммита. Но сам конфликт никуда не исчез: у европейских стран по-прежнему нет единой позиции относительно прямых контактов с Москвой и будущей архитектуры переговоров.

В итоге дублинские встречи вряд ли приблизят решение по замороженным российским активам. Бельгия продолжает настаивать на осторожности, сторонники конфискации не отказались от своих планов, но их главный лоббист не смог приехать на переговоры.

При этом сам формат встреч не предполагает обязательных решений по такому сложному вопросу.

Европейским лидерам предстоит искать другие способы финансирования Украины в 2027 году. Среди обсуждаемых вариантов — выпуск новых совместных долговых обязательств ЕС. Вопрос о российских резервах, судя по всему, вновь придется переносить на следующую встречу лидеров Евросоюза.