ЕС снова займет на помощь Украине: страны-участницы не довольны, судьба блока под ударом

Евросоюз собирается снова занимать деньги, чтобы поддерживать Украину. Киев попросил еще 70 млрд евро, из которых 46 млрд пообещал дать сам ЕС. Но взять их неоткуда: доходы от замороженных российских активов приносят лишь 2,5–3 млрд евро в год, а трогать сам капитал Брюссель не решился — юристы считают это слишком рискованным. Остаются новые заимствования, и в итоге общий долг помощи Украине перешагнет отметку в 200 млрд евро. Западные эксперты сходятся в одном: вернуть этот кредит вряд ли удастся — у Украины нет средств, а на репарации от России не стоит рассчитывать. Для ЕС настоящий риск здесь даже не финансовый, а политический — если страны-участники начнут отказываться от выплат, будущее самого союза как единого блока окажется под ударом.

Совокупный долг Евросоюза, связанный с финансовой помощью Украине, может превысить 200 млрд евро, подсчитало на основе материалов Еврокомиссии немецкое издание Welt am Sonntag. Будущий рост долговой нагрузки связан с новым запросом президента Украины Владимира Зеленского о дополнительном финансировании в размере 70 млрд евро, из которых на ЕС, по текущим планам, приходится 45 млрд евро на 2027 год.

Выделить эту сумму из уже имеющихся источников Брюссель не может: доходы от замороженных российских активов покрывают лишь малую часть потребности, поэтому Еврокомиссия рассматривает выпуск новых совместных долговых обязательств.

Замороженные активы Центробанка РФ, находящиеся в европейской юрисдикции (основная часть — в бельгийском Euroclear), сами по себе не изымаются и не закладываются: капитал юридически остается собственностью России. Используется только процентный доход от этих средств.

За последние два года Украине выплачено около 8 млрд евро процентного дохода: в июле 2024 года — 1,5 млрд евро; в апреле 2025 года — 2,1 млрд евро; в августе 2025 года — 1,6 млрд евро; в апреле 2026 года — 1,4 млрд евро; в августе 2026 года — 1,4 млрд евро.

Таким образом, текущий темп выплат составляет примерно 2,5–3 млрд евро в год и, с учетом снижения ставок в еврозоне, имеет тенденцию к уменьшению. Этот источник закрывает лишь самую малую часть новых потребностей.

В декабре 2025 года лидеры ЕС обсуждали план так называемого репарационного кредита — заимствования под залог замороженных российских активов на сумму около 140–210 млрд евро. Согласие достигнуто не было из-за юридических рисков и перспективы судебных тяжб (Москва сразу заявляла, что использует все юридические механизмы для защиты российских активов). Кроме того, глава Euroclear Валери Урбен заявляла об угрозах устойчивости самой компании. Глава Европейского центробанка Кристин Лагард указывала на риски для доверия к евро как резервной валюте: прецедент конфискации суверенных резервов может побудить третьи страны пересмотреть размещение своих резервов в Европе. Премьер-министр Бельгии Барт де Вевер требовал полного распределения возможных рисков между всеми странами ЕС.

В итоге на декабрьском саммите 2025 года был выбран запасной вариант: Украина получает кредит на 90 млрд евро на 2026–2027 годы, профинансированный за счет европейских облигаций, то есть совместных заимствований ЕС. Условие возврата — погашение после выплаты Россией компенсаций Украине. Венгрия, Словакия и Чехия добились освобождения от уплаты процентов по этому кредиту.

Поскольку использовать российские активы нельзя, у европейских доноров Украины остается один вариант — выпуск новых совместных облигаций ЕС, что доведет совокупный долг блока до 200 млрд евро. И это уже стало поводом для серьезных разногласий внутри ЕС.

Евгений Шатов из Capital Lab отмечает, что 200 млрд евро составляют чуть более 1% ВВП ЕС и не угрожают долговой устойчивости блока. Однако платежная часть бюджета ЕС составляет около 190 млрд евро в год, и обслуживание новых займов по текущим ставкам (около 3,5–4% по десятилетним бумагам против почти нулевых в предыдущий период) становится заметной статьей расходов.

Кроме того, практически никто не верит, что Украина вернет Евросоюзу долги. Le Monde цитирует брюссельских дипломатов, признающих, что кредит погашен не будет.

Брюссельский аналитический центр CSDS указывает, что кредиты Украине гарантированы не доходами бюджета, а обязательствами стран-членов возместить потери при дефолте, и что списание части долга, вероятно, станет частью итогового урегулирования.

Politico отмечает «определенную усталость» крупнейших доноров: страны НАТО недобрали около 7 млрд евро обещанной военной помощи за 2026 год, а США вышли из роли главного спонсора.

Формальный дефолт Евросоюза как эмитента маловероятен: обязательства по совместным облигациям в конечном счете стоят за экономикой всех стран-членов. Но ЕС грозит не банкротство, а политический кризис — распад самого механизма совместных решений. Если часть стран-участниц ЕС откажется нести свою долю обязательств, конфликт развернется не на рынках, а внутри институтов союза.

Сигналы этого уже есть. Болгария, Венгрия, Словакия и Чехия заявили, что не будут участвовать в новом кредите, что, в свою очередь, увеличивает нагрузку на остальных членов. В ответ канцлер Германии Фридрих Мерц поставил ультиматум — он заблокирует бюджет ЕС на 2028–2034 годы, если остальные участники союза не возьмут на себя обязательства финансировать Украину. Также он выступает за перевод решений с единогласия на квалифицированное большинство, чтобы обойти несогласных.

Таким образом, Мерц открыто поставил на кон принятие всего финансового каркаса ЕС. Его предложение перевести соответствующие решения с единогласия на квалифицированное большинство означает попытку лишить несогласных права вето, в такой конфигурации проигравшая сторона получает сильный мотив оспаривать легитимность решения в судах ЕС и тормозить его исполнение на национальном уровне.

В этом случае паралич затронет не только украинский вопрос: несогласованный семилетний бюджет означает остановку всей программной деятельности ЕС — от аграрных субсидий до фондов выравнивания.

Дополнительная нагрузка на бюджеты ведущих стран в 2026–2027 годах способна спровоцировать политические кризисы, внеочередные выборы и смену правящих коалиций — прежде всего там, где на предстоящих выборах сильны евроскептики. К примеру, во Франции лидер предвыборной президентской гонки Марин Ле Пен требует прекратить помощь Украине и сократить французские взносы.

Вопрос новых заимствований включен в повестку трех ближайших мероприятий ЕС.

13 ноября 2026 года пройдет неформальный саммит ЕС в Дублине. Канцлер Германии Фридрих Мерц в письме председателю Европейского совета Антониу Коште потребовал рассмотреть финансирование Украины в приоритетном порядке.

26–27 ноября — внеочередной саммит Евросовета в Брюсселе, специально назначенный по украинской тематике.

17–18 декабря — заключительная встреча года, на которой предполагается согласовать семилетний бюджет ЕС на 2028–2034 годы, план финансирования Украины.

Резервные даты для продолжения обсуждения уже зарезервированы, что указывает на готовность к затяжному торгу. Для Украины это означает риск стагнации уже согласованных траншей, для ЕС — угрозу существования самого блока.