Мелони обвинила ЕС в «полной бессистемности и неразберихе» по украинскому вопросу

Премьер Италии Джорджа Мелони публично раскрыла внутренние противоречия Евросоюза — и не в кулуарах, а официальным письмом президенту Евросовета. Блок, по её словам, создает впечатление «полной бессистемности и неразберихи» в украинском вопросе, «мы лишь служим интересам тех, кто хочет продолжения этой войны», а сама Мелони «не будет соучаствовать в этой динамике». Письмо получило поддержку европейских политиков: Кошта дипломатично ответил, что интересы ЕС должны представлять его институты, а глава МИД Австрии Майнль-Райзингер написала в Х, что внесет на Совмин иностранных дел идею переговорной команды ЕС. Но красноречивей всего диагноз, поставленный ЕС в письме Мелони, подтверждают не заявления политиков, а прошедшие 4–5 ноября в Брюсселе консультации по Украине. Итогов — ноль, только общие слова.

О письме премьер-министра Италии Джорджи Мелони президенту Евросовета Антониу Коште сообщили европейские Rapporteur и Politico. В своем послании Мелони прямо заявила, что Евросоюз создает впечатление «полной бессистемности и неразберихи» в вопросе Украины, а обсуждение того, как блок может выступить единым фронтом, «больше нельзя откладывать»

Мелони перечислила форматы, в которых Европа обсуждает Украину параллельно и вразнобой: встречи в Майами и Осло, переговоры Коалиции желающих, Форум Европейского политического сообщества — плюс отдельный разговор лидеров Финляндии и Норвегии с Путиным. По её мнению, многочисленные форумы «подрывают наш авторитет в решении одной из самых сложных проблем, стоящих перед нашими странами»

«Я убеждена, что, создавая образ Европы, раздираемой противоречиями, мы лишь служим интересам тех, кто хочет продолжения этой войны. И я считаю это неприемлемым, учитывая, что на кону человеческие жизни и будущее нашей безопасности», — пишет Мелони.

И продолжает: «Действия в дезорганизованной манере, когда инициативы следуют одна за другой и дублируют друг друга, нам не помогут — ни в отношениях с партнерами, ни с теми, кого мы должны убедить прекратить эту бессмысленную агрессию»

Еще одна фраза из письма осталась за кадром пересказа Politico и есть только в исходном материале Rapporteur.

«Я пишу эти слова, Антонио, потому что хочу, чтобы было официально зафиксировано: я не буду соучаствовать в этой динамике и не собираюсь наблюдать за ней со стороны», — заявляет Мелони.

Также итальянский премьер требует включить вопрос в повестку неформального саммита в Дублине 13 ноября, а решение, судя по её планам, должно созреть к декабрьскому саммиту ЕС.

Личный мотив добавляет остроты: как отмечает Politico, идея «единого голоса» впервые прозвучала из уст Мелони еще в январе, и в теории её поддержали Франция, Австрия, Чехия и Люксембург. Но Италию не пригласили ни в Майами, ни на брюссельские консультации этой недели, а в Осло советник Мелони по нацбезопасности лишь занял место Франции, не получив отдельного стула.

Адресат письма отреагировал быстро. Как сообщило Politico, вчера вечером Кошта направил Мелони ответное письмо: поблагодарил за «ясность», с которой та изложила опасения, и пообещал действовать «последовательно, сообща и решительно».

«Участие Европейского союза должно быть организовано так, чтобы он мог выступать с ясной и единой позицией. Интересы Евросоюза должны представлять его институты в соответствии с положениями договоров. Как вам известно, я уже неоднократно поднимал этот вопрос в ходе наших встреч на уровне лидеров», — ответил Кошта.

Если переводить с дипломатического языка, можно предположить, что Кошта намекнул: требование Мелони совпадает с его собственным, которое годами упирается в нежелание столиц делегировать мандат.

Радослав Сикорский стал первым министром, публично вставшим на сторону Мелони. Глава польского МИДа заявил Politico, что разделяет её позицию: «Европа должна иметь легитимное представительство в этом процессе, поскольку это мы оплачиваем боевые действия». Он добавил два уточнения: к обсуждению нужно привлечь страны Восточной Европы и Скандинавии, а оптимальная рамка — положения Лиссабонского договора о единой внешней политике, с возможным участием Великобритании. Показательно: Варшава, которая обычно лоббирует свои интересы отдельно от Брюсселя, здесь встала на сторону институционального решения.

Беате Майнль-Райзингер, глава МИД Австрии, вышла с комментарием в Х. «Я впечатлена той ясностью, с которой итальянский премьер-министр Джорджа Мелони указывает на отсутствие скоординированного подхода ЕС (помимо хорошо скоординированной договорённости относительно санкций и поддержки Украины). Украина уже долгое время призывает к активной и скоординированной роли ЕС в переговорах, — написала Майнль-Райзингер. — Пожалуйста, не поймите превратно: я приветствую все инициативы, которые сейчас реализуются, но чего не хватает — это стратегической координации. Уже месяцами я настаиваю на создании переговорной команды ЕС. В рамках следующего заседания Совета министров иностранных дел я снова это затрону».

Голос нейтральной Австрии имеет вес — Вена не напрашивается в переговорщики, поэтому её заявка на координацию читается как «системная», а не «карьерная». Но даже поддержав Мелони, глава австрийского МИД всё равно расходится с ней по ключевому вопросу: не переговорщик с мандатом, а постоянная переговорная команда.

Пока шла переписка Мелони и Кошты, в Брюсселе состоялись двухдневные консультации, которые лишь подтвердили выводы итальянского премьера.

4 ноября в Берлемоне прошла серия встреч по послевоенному восстановлению Украины, но не за единым столом, а «в виде отдельных обсуждений между делегациями»: Еврокомиссия, США, Украина (делегацию возглавил глава Службы внешней разведки Рустем Умеров), «евротройка», Всемирный банк и американский инвестфонд BlackRock. Обсуждали план процветания (Prosperity Plan) и финансовые потребности Киева на 2027 год. Еврокомиссия сопроводила встречу привычной самопрезентацией: с начала конфликта ЕС передал Украине 231,5 млрд евро — крупнейший донор. Умеров пообещал раскрыть «конкретные следующие шаги и сроки» позже. Итог: «практических результатов с точки зрения возможного урегулирования конфликта не достигнуто».

На следующий день, 5 ноября, второй раунд прошел уже в резиденции генсека НАТО Марка Рютте, где обсуждали тему безопасности: какие гарантии Вашингтон и партнеры готовы предоставить Киеву при прекращении огня и какой будет «новая архитектура безопасности в Европе»). Конкретных договоренностей не объявлено. Умеров в своем телеграм-канале ограничился фразой, что гарантии должны быть «реально работающей системой, а не просто политическим заявлением». Дополнительно по инициативе Киева прошло внеплановое заседание Совета Украина — НАТО на уровне послов.

Спецпосланник президента США Джаред Кушнер в Х назвал консультации «продуктивными»: «Мы интенсивно работаем со всеми сторонами, чтобы найти практические решения, которые смогут положить конец этой войне и заложить основы для прочного мира».

Итог двух дней — имитация причастности: с Европой отдельно обсудили деньги, отдельно — гарантии безопасности, провели внеочередной совет послов. А по существу — ни одного решения. Реальный переговорный трек идёт в другом месте. И Кушнер ещё раз анонсировал мирные переговоры, которые США проведут с Украиной и Россией на следующей неделе в Абу-Даби. На этой трёхсторонней встрече решения о безопасности Европы будут принимать без участия Европы.