Как чистки в армии КНР и выборы в США могут сказаться на рисках вторжения Китая на Тайвань: мнения и прогнозы

Пока мир следит за переменами в Конгрессе США, где уверенную победу на промежуточных выборах одержали демократы, а военные эксперты подсчитывают, скольких генералов потеряла армия Китая после недавних чисток, возник вопрос о том, приближает ли это Пекин к военному решению тайваньского вопроса? Однозначного ответа нет. Но большинство аналитиков склоняются к тому, что, вопреки опасениям о возможной уязвимости Тайбэя, текущие события скорее отдаляют сценарий полномасштабных военных действий или даже локальных десантных операций в Тайваньском проливе.

И это при том, что в этом регионе КНР в последние годы наращивает военное присутствие. Эксперты и разведывательные сообщества сходятся во мнении, что Пекин, скорее всего, продолжит применять гибридные методы давления (в экономической сфере или вновь приближая свои самолеты к тайваньским границам), тогда как полноценный конфликт можно ожидать лишь к концу текущего десятилетия.

Обстановка вокруг Тайваня в начале ноября 2026 года характеризуется уже почти привычной военной активностью. Так, 3 ноября Министерство обороны Тайваня зафиксировало 49 китайских самолетов, 5 ноября — еще 21 вылет боевой авиации противника. Часть самолетов пересекала северные, центральные, юго-западные и восточные зоны ПВО острова. В обычные дни бывает от 10 до 30 вылетов, в пиковые — от 70 и выше самолетов КНР в сутки. Параллельно там дежурят не менее дюжины китайских военных кораблей, в том числе береговой охраны. Кроме того, китайские исследовательские суда (таких у КНР около 120) регулярно картографируют морское дно к востоку от острова. В 2025 году Минобороны Тайваня зарегистрировало почти 5,5 тысяч вылетов китайской авиации, большинство которых пересекли срединную линию пролива.

Появление этой «серой зоны» — следствие гражданской войны начала прошлого века. Коммунистический Пекин считает Тайвань своей мятежной провинцией и стремится к «воссоединению» (предлагая формулу «одна страна, две системы»). Тайбэй считает территорию острова независимым демократическим государством.

В этом споре о суверенитете в военном смысле Китай на голову обходит Тайвань. У КНР в разы больше армия (2 млн человек против 165–200 тысяч у Тайваня), танков (около 3,5–5 тысяч против 750–1090 единиц у острова), боевых кораблей (порядка 474 против 30–40). Еще у Китая в десять раз больше боевых самолетов (около 3,6 тысяч против 350–400). Кроме того, у КНР в пределах 50–70 подводных лодок, три авианосца, чего у Тайбэя нет. Но численное превосходство Пекина не означает автоматического преимущества. Тайвань поддерживают страны Запада во главе с США, что пока позволяет не допустить войны.

В конце октября в Пекине под председательством главы КНР Си Цзиньпина прошел пятый пленум ЦК Коммунистической партии. Он принял резолюцию о «всестороннем и строгом управлении партией», то есть о дисциплине. По итогам пленума из партии исключили более тридцати человек. Чистки в том числе затронули высший эшелон китайских вооруженных сил. В частности, Военный совет, который контролирует армию ядерной державы, сократился с семи человек до двух. Из 376 членов и кандидатов в члены ЦК, избранных в 2022 году, на пленуме присутствовали лишь 279 человек. Остальные места пустовали: многие коммунисты еще ранее были исключены, сняты с постов или находятся под следствием.

Масштабные (в том числе по антикоррупционным мотивам) перестановки в верхах китайской армии кардинально изменили оценку боеготовности КНР и ландшафт принятия решений в Пекине. Об этом говорят многие эксперты.

С одной стороны, как отмечает старший научный сотрудник Центра по изучению китайской экономики и институциональных реформ (SCCEI) при Стэнфордском университете (вуз объявлен в РФ «нежелательной организацией») У Гогуан, после серии отставок и арестов «опасность полномасштабной войны в Тайваньском проливе в ближайшее время снижается». Логика проста: потеря опытных командующих, долгие годы планировавших сложнейшие десантные операции или прорабатывавших планы блокады острова, объективно замедляет подготовку к ним. Ведущий аналитик Университета национальной обороны США Филип Сондерс считает, что чистки спровоцировали «повышенное неприятие риска» среди оставшегося генералитета — он хоть и стал более лояльным, но и одновременно более осторожным.

Эти оценки находят подтверждение на уровне американской разведки. Как ранее сообщали Reuters и другие западные СМИ со ссылкой на действующих американских военных и чиновников, кадровые изменения в армии КНР «осложнили подготовку к атаке на Тайвань», которая требует одновременного решения множества военных и логистических задач, и что вторжение теперь «маловероятно до 2028 года».

Схожей позиции придерживается Джоэл Уотноу из Национального университета обороны США (NDU). По его мнению, потеря опытных офицеров может заставить Си Цзиньпина «быть менее уверенным в том, как проявит себя его армия». Он предупреждает, что «наибольшие перспективы войны возникнут в среднесрочной перспективе — в конце 2020-х — начале 2030-х годов», когда новые командующие прочно встанут на свои места. Ему вторит директор программы Китая в Центре Стимсона Юнь Сунь. Эксперт также говорит о том, что чистки подрывают оперативную боеспособность армии, и Китаю «потребуется время, чтобы навести порядок» в системе управления, что делает скорое вторжение менее вероятным.

С другой стороны, в экспертной среде звучат опасения, что новые назначенцы, напуганные репрессиями, могут снабжать Си Цзиньпина фальсифицированными докладами о силе армии. В атмосфере страха перед новыми чистками и в стремлении доказать лояльность, они могут начать предоставлять руководству излишне оптимистичные оценки и инициировать агрессивные действия в «серой зоне», чтобы выслужиться. Эта двойственность — ключевой риск, который отмечают практически все аналитики.

Эксперты при этом обращают внимание на важный момент. В Китае выявили системные дефекты в цепочках поставок вооружений, возникли вопросы к качеству ракетного топлива. Это вынудило Пекин существенно сдвинуть график гипотетической спецоперации за пределы 2027–2028 годов. В то же время авторы издания The Diplomat призывают не преувеличивать прямую связь чисток с тайваньским вопросом. По их мнению, Си Цзиньпин в первую очередь укрепляет партийный контроль ради личной безопасности, и, хотя чистки дают ему еще больше власти, армия в целом сейчас не готова к полномасштабной военной агрессии.

Потеря республиканцами контроля над Конгрессом также не является фактором, который может напрямую подтолкнуть Пекин к войне. Как подчеркивает Райан Хасс из Института Брукинга, фундаментальная политика США в отношении Тайваня не претерпит резких изменений, поскольку поддержка острова остается одним из редких вопросов, по которым сохраняется двухпартийный консенсус. Об этом же говорит Су Цзыюнь из Института исследований национальной обороны и безопасности Тайваня, отмечая, что смена большинства в Палате представителей или Сенате не отменяет решимости США защищать Тайваньский пролив. Более того, главный экономист Capital Economics Нил Ширинг предполагает, что подконтрольный демократам Конгресс может оказать давление на исполнительную власть с целью возобновления и ускорения крупных поставок вооружений Тайбэю уже в следующем году (такая помощь традиционно критикуется КНР), что нивелирует надежды Пекина на ослабление американской поддержки.

Бонни Глейзер из немецкого фонда Маршалла, однако, предупреждает: если победившие демократы сосредоточатся на внутренних приоритетах или замедлят законодательные процессы, вступив в споры с республиканцами и лично Трампом, Пекин может воспринять это как временное «окно возможностей» для усиления давления на Тайвань, рассчитывая на медлительность Белого дома и Капитолия. Согласно некоторым прогнозам, ставший «хромой уткой» президент США Дональд Трамп в оставшиеся два года своего срока, вероятно, будет более осторожен.

Вопрос конкретных сроков потенциального вооруженного конфликта жестко привязан как к дипломатическому календарю, так и к капризам погоды. Пекину приходится учитывать природные факторы Тайваньского пролива. Военные эксперты указывают два периода, когда гидрометеорологические условия наиболее благоприятны: с мая по июнь и с сентября по октябрь. Это связано с сильными зимними муссонами и летними тайфунами. Любая попытка вторжения вне этих месяцев обречена на логистическую катастрофу. В 2026 году оба этих «окна» уже позади, что дополнительно снижает вероятность внезапной операции до конца года.

Политический календарь тоже имеет значение. Проведение крупных международных площадок, таких как предстоящий саммит Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС) в Шэньчжэне, выступает важным дипломатическим стабилизатором. В периоды подготовки к подобным встречам Си Цзиньпин традиционно избегает резких шагов, стремясь использовать дипломатию для ослабления торгового давления со стороны Запада.

Подытоживая, военные эксперты и политаналитики в основной своей массе говорят о том, что в краткосрочной перспективе Китай, несмотря на военное превосходство и растущую активность у берегов «мятежного» острова, не будет нападать на Тайвань. Сначала нужно решить вопросы генералитета, проблемы военного производства и логистики. Кроме того, на это скорее не повлияют политические изменения в США. Абсолютное большинство международных наблюдателей прогнозирует сохранение статус-кво Тайваньского пролива в ближайшие годы (и даже, по некоторым оценкам, на ближайшие десять лет): Пекин будет и дальше предпочитать «гибридную осаду и экономическую изоляцию» Тайбэя прямой и разрушительной войне, в которую могут вступить страны Запада. При этом нельзя сбрасывать со счетов то, что Китай может инициировать новые масштабные учения в районе Тайваня или кибератаки на остров, что создает риск непреднамеренной эскалации. Именно этот сценарий, а не «холодное и расчетливое вторжение», эксперты называют наиболее вероятным источником кризиса в обозримом будущем.