США разделили переговоры по Украине на два стола: с Москвой и Киевом — в Абу-Даби 10–11 ноября, с Европой — в Брюсселе на этой неделе. Три года назад такой архитектуры урегулирования не было даже в проектах; а вчера поздно вечером о ней объявил спецпосланник президента США Стив Уиткофф. Представители ЕС, Германии, Франции и Британии, с которыми американские переговорщики намерены провести встречу, пока молчат. У президента Чехии Петра Павела свой диагноз ситуации: переговоры «о нас — без нас».

Спецпосланник президента США Стив Уиткофф опубликовал в X пост, который фактически обнародовал архитектуру новой попытки урегулирования на Украине — с двумя отдельными площадками и разной расстановкой участников за каждым из них.

О переговорах в Абу-Даби: «Соединённые Штаты выступят посредником в переговорах на рабочем уровне между Украиной и Россией 10–11 ноября в Абу-Даби, продвигая миссию президента Трампа по завершению войны. Обсуждения будут сосредоточены на послевоенных договорённостях по безопасности, снижении эскалации, гуманитарных усилиях и следующих шагах к миру».

О встрече в Брюсселе: «Кроме того, американские переговорщики встретятся на этой неделе в Брюсселе с представителями Франции, Германии, Соединённого Королевства, ЕС и НАТО, чтобы обсудить гарантии безопасности для Украины, послевоенную архитектуру безопасности Европы и экономические возможности для поддержки восстановления Украины».

Пост завершается выражением надежды на «продолжение прогресса, достигнутого в Киеве, Осло и Санкт-Петербурге, в направлении всеобъемлющего, устойчивого мирного соглашения, которое обеспечит долговременную безопасность для будущих поколений».

В сообщении Уиткоффа четко прослеживается процедурное разделение: урегулирование — компетенция переговорщиков России, Украины и США; послевоенная безопасность Европы и восстановление Украины — консультации в Брюсселе, куда Россия не приглашена.

В Абу-Даби США, по данным Reuters, будут представлять посланники Трампа — сам Уиткофф и Джаред Кушнер; источники агентства отмечают, что переговорщики ищут прорыв «до наступления зимы», а предыдущий американский раунд состоялся в феврале, до начала американо-израильской войны с Ираном. Axios добавляет, что встреча стала результатом недавних контактов Уиткоффа и Кушнера с Зеленским и Путиным и что Белый дом рассчитывает на сговорчивость Москвы после снятия санкций с продаж российского дизеля, но тут же фиксирует: «единственная очевидная уступка Путина пока — согласие возобновить переговоры».

В Брюсселе — повестка выше, а статус ниже (по крайней мере, со стороны США). Как сообщает тот же Axios со ссылкой на Уиткоффа, с Европой встретятся американские чиновники среднего звена, а не спецпосланники. Reuters описывает это как встречу «на рабочем уровне».

Обращает на себя внимание и хронология: Брюссель стоит до Абу-Даби: с европейцев выслушают заранее, чтобы их предложения или их возражения были учтены до встречи с Москвой. Но «опросить» — не «посадить за стол»: права голоса на решающем этапе у Европы по-прежнему нет.

Реакция европейцев пока сдержанна, но фон красноречив. Самое жесткое предупреждение прозвучало не из Брюсселя, а из Праги: президент Чехии Петр Павел 2 ноября заявил, что если Европа четко не сформулирует собственные требования к мирным переговорам, «существует вероятность того, что Россия, США и Китай могут достичь договорённости „о нас — без нас“», а окно возможностей закроется, пока страны ЕС согласуют единую позицию.

У тревоги есть прецедентная база: уже случалось, что Вашингтон проводил ключевые раунды с Киевом (например, встречу во Флориде), не известив Евросоюз о результатах. Добавляет уязвимости и юридическая деталь: как формулировал представитель евродипломатии Петер Стано, ЕС не организация безопасности, поэтому обсуждение гарантий — «дело НАТО и отдельных стран, а не Евросоюза как организации». То есть даже за брюссельским столом сам ЕС — символический участник.

При этом новая схема переговоров совпадает с тем, что ранее продвигала Россия. Помощник президента Юрий Ушаков еще 30 октября настаивал, что первые раунды должны пройти в трехстороннем формате «США — Россия — Украина», а европейцам пообещал: «столы найдутся потом». Пресс-секретарь Дмитрий Песков 1 ноября сформулировал жёстче: «Они, с одной стороны, должны быть за столом переговоров. Но зачем они там нужны сейчас с таким подходом? Это бесполезно. Поэтому сейчас их там и нет».

Разведение переговорных площадок устойчиво до того момента, когда два трека столкнутся содержательно. В Абу-Даби будут торговаться, но территориальные вопросы, деэскалация, «послевоенная безопасность» — вопросы, неотделимые от того, что европейцы будут обсуждать в Брюсселе. Если Киев в обмен на заморозку фронта потребует западные гарантии, а Москва — «взаимные» гарантии и запрет НАТО на востоке Европы, то расхождения между повестками могут стать политической проблемой.

Первый тест — нынешняя неделя в Брюсселе: если после консультаций европейцы публично поддержат переговорный трек в Абу-Даби, конструкция Трампа и Уиткоффа устоит. Если нет — прогноз президента Чехии «о нас — без нас» станет мейнстримом европейской политики.