Сегодня завершилось турне президента Франции Эммануэля Макрона по странам Персидского залива. Оно было экстренным и прошло на фоне масштабных беспорядков и погромов, прокатившихся по всей стране.

По данным некоторых СМИ, в частности, Euronews, поездка была объявлена Макроном буквально в последний момент — во время его экстренного телевизионного обращения к нации в воскресенье вечером, 18 октября. Президент вылетел на Ближний Восток уже на следующий день, 19 октября. Другие средства массовой информации отмечают, что поездку готовили уже давно, но ситуация с горючим в стране достигла критической точки, и поэтому визит решили не откладывать даже из-за беспорядков в стране. Так, цены на АЗС во Франции побили исторические рекорды, достигнув 2,41–2,42 евро за литр дизеля. Около 16–18% всех автозаправочных станций Франции (а в парижском регионе Иль-де-Франс и того больше) полностью лишились запасов как минимум одного из видов топлива. Страна оказалась на пороге транспортного и экономического паралича.

Первой был Кувейт. Франция подписала с Кувейтом восемь соглашений о сотрудничестве. Кувейт взял на себя «очень четкие обязательства» по поставкам дизельного топлива и керосина во французские заморские территории в Индийском океане (Майотту и Реюньон).

Затем Макрон поехал в Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ), где встретился с президентом ОАЭ шейхом Мухаммедом бен Заидом Аль Нахайяном. Стороны заключили важнейшее энергетическое соглашение о гарантированных ежемесячных поставках около 100 тыс. тонн дизельного топлива на французский рынок. Помимо энергетики, лидеры обсудили вопросы обороны, безопасности и сотрудничества в сфере высоких технологий, включая искусственный интеллект.

Следующей остановкой был Бахрейн, где Франция договорилась о поставках еще 100 тыс. тонн дизельного топлива ежемесячно.

Последняя страна в турне — Катар. В Дохе Макрона встретил эмир Катара шейх Тамим бен Хамад Аль Тани с высшими государственными почестями. Главными темами переговоров стали стабилизация поставок сжиженного природного газа (СПГ) в Европу, пострадавших от регионального кризиса, и совместные дипломатические усилия. Катар активно выступает посредником между США и Ираном, и Франция выразила полную поддержку инициативам Дохи по деэскалации ситуации и восстановлению свободы судоходства.

Таким образом, итогом турне стали соглашения с ОАЭ и Бахрейном, за счет которых Франция обеспечила гарантированный приток 200 тыс. тонн дизеля в месяц. С учетом уже действующих договоренностей с Саудовской Аравией, общие гарантированные поставки из региона составят 295 тыс. тонн ежемесячно, что покрывает чуть более 10% от всего потребления Франции.

Однако более актуальный вопрос заключается не в покупке дизеля (у производителей он не заканчивался), а в том, чтобы довести его до Франции. Одна из причин дефицита топлива в мире связана с конфликтами на Ближнем Востоке (Ирана с США и Израилем; йеменских хуситов и Саудовской Аравии), которые привели к блокировке всех морских путей экспорта нефти: проливов Ормуз и Баб-Эль-Мандеб. Так, вывоз и транспортировка 295 тыс. тонн дизеля в месяц и катарского СПГ будут осуществляться по специально разработанной комбинированной схеме обходных сухопутных, морских и трубопроводных маршрутов. Как сообщает FRANCE 24, Кувейт также взял на себя «четкие обязательства» по поставке дизельного топлива и керосина на заморские территории Франции Майотта и Реюньон в Индийском океане, сообщили во французском правительстве. Поставки будут осуществляться через Оман, в обход Ормузского пролива. По словам представителей Елисейского дворца, сейчас ведутся переговоры со странами региона о снижении цен на морское страхование, чтобы компании могли перевозить больше грузов через пролив по более низкой цене. «Таким образом, мы укрепляем нашу энергетическую безопасность благодаря долгосрочным обязательствам наших партнеров», — говорится в сообщении властей.

Для транспортировки основных объемов дизеля из ОАЭ и Бахрейна задействуют внутреннюю инфраструктуру Аравийского полуострова: трубопровод Хабшан — Фуджайра (ОАЭ, позволяет перекачивать нефть и нефтепродукты из глубин Эмиратов напрямую к побережью Оманского залива, минуя Ормузский пролив). В портах Фуджайры топливо будет перегружаться на танкеры компании TotalEnergies); терминал Янбу в Красном море (Саудовская Аравия активно использует свои трубопроводы «Восток — Запад» для перекачки сырья на свое западное побережье в порт Янбу). Для защиты этого критического узла Макрон уже направил французских военнослужащих. Танкеры будут загружаться в Янбу и идти в Европу через Красное море и Суэцкий канал, полностью избегая опасную зону Залива.

Как показывает практика последних месяцев кризиса, страны Персидского залива (включая ОАЭ, Катар и Кувейт) наладили скрытый вывоз топлива непосредственно через Ормузский пролив. Танкеры выходят из портов с отключенными транспондерами (АИС) под защитой береговых систем, проходят пролив и осуществляют перевалку энергоресурсов на другие суда прямо в открытом море у побережья Омана. Французская TotalEnergies будет использовать эту схему для оптимизации логистики.

Кроме того, в рамках всего турне Макрон активно продвигал военно-техническое сотрудничество (в частности, с ОАЭ и Катаром), предлагая поставки французских систем ПВО, военных технологий и совместное производство, чтобы помочь арабским монархиям снизить зависимость от американского вооружения. Также обсуждалось развертывание франко-британской миссии по разминированию и восстановлению безопасности в Ормузском проливе после того, как будет достигнуто базовое дипломатическое соглашение между США и Ираном.

Профессор Школы исследований в области безопасности Королевского колледжа Лондона Андреас Криг рассказал Al Jazeera, что энергетические сделки Франции вписываются в более широкий контекст. По его словам, в последние месяцы страны Персидского залива направляли делегации в Лондон, Париж, Берлин и Рим, чтобы получить доступ к военным комплексам и возможным долям в европейских оборонных компаниях. «Они видят растущую взаимосвязанность между своими интересами и интересами Европы, — сказал он. — Не только в сфере энергетики, но и в цепочках поставок». По словам Крига, обе стороны ощущают давление со стороны США, которые все больше отстраняются от них, что дает возможность минимизировать зависимость от Вашингтона.

Политический аналитик и научный сотрудник Ближневосточного совета по глобальным вопросам Алануд Хамад Сауд Аль Тани рассказала Al Jazeera, что Катар «очень ценит» свои связи с Францией, которая является одним из старейших партнеров Катара в сфере обороны. «Неудивительно, что французы — одни из самых важных друзей Катара в Европе», — сказала она, назвав визит Макрона «чрезвычайно значимым». «[Катар] использует существующие связи, чтобы адаптироваться к этому новому виду асимметричной войны, и мы ожидаем прогресса в области борьбы с беспилотниками и оборонных возможностей», — сказала она.

Реакция президента США Дональда Трампа на военные инициативы и соглашения Эммануэля Макрона в регионе Персидского залива носит двойственный характер — от скептицизма и пренебрежения до публичной критики, что отражает его общую внешнеполитическую концепцию «Америка прежде всего».

Когда Макрон продвигал идею европейской военно-морской коалиции для патрулирования и разминирования заблокированного Ормузского пролива, Трамп отнесся к этому сдержанно. Трамп публично заявлял, что США способны справиться с ситуацией самостоятельно, и отмечал, что не видит острой необходимости в масштабной международной поддержке, поскольку пролив якобы должен быть открыт в рамках его собственных соглашений с Ираном. Тем не менее, Трамп иронично заметил: «Не думаю, что это плохая идея — разместить здесь один-два корабля от нескольких стран. Ваша страна [Франция] отлично подошла бы для этого».

Трамп неоднократно критиковал Францию и другие страны НАТО за нежелание напрямую присоединяться к коалиции под американским командованием в рамках войны с Ираном. Тот факт, что Макрон пытается выстроить собственную, независимую от Вашингтона систему «безопасности в обмен на энергоресурсы» и предлагает арабским монархиям французские системы ПВО, вызывает недовольство в Вашингтоне. Трамп расценивает это как нежелание европейцев разделять общее военное бремя, при том что США при втором сроке Трампа значительно укрепили оборонные привилегии с ОАЭ и Саудовской Аравией, предоставив Эмиратам безлицензионный экспорт военных технологий и чипов ИИ.

Трамп жестко отреагировал на попытки Макрона объяснить массовые протесты во Франции экономическими последствиями ирано-американской войны и ростом цен на топливо. Трамп в резкой форме назвал заявления Макрона «фейковыми новостями», намекнув, что французскому лидеру нужно не искать внешние причины на Ближнем Востоке или просить у него снижения цен на нефть, а эффективнее решать внутренние проблемы страны.

Аналитики американских СМИ (в частности, The Atlantic) отмечают, что «броманс» между лидерами окончательно сменился охлаждением. Трамп демонстрирует пренебрежение к попыткам Макрона играть роль независимого глобального посредника на Ближнем Востоке, подчеркивая, что ключевые решения в регионе по-прежнему принимает Вашингтон.

О том, почему Макрон уехал в турне в разгар беспорядков, мнения аналитиков расходятся. Одни считают, что Макрон улетел в Залив не для того, чтобы «сбежать» от внутренних проблем, а ради ликвидации их глубинного экономического источника — резкого скачка цен на энергоносители. Бывший посол Франции в ОАЭ и Саудовской Аравии Франсуа Гуйетт в интервью France 24 подчеркнул, что этот визит Макрона, по его мнению, решал двойную задачу: экстренно ослабить энергетическое давление на французские домохозяйства и одновременно подтвердить давние оборонные партнерства.

Политические аналитики отмечают традиционный стиль французского президентства: в моменты острых внутренних кризисов лидеры Пятой республики часто дистанцируются от фракционной борьбы внутри страны, позиционируя себя как глобальные игроки.

Так, как отмечает европейское бюро The Washington Post, «в соответствии с французскими традициями, Макрон дистанцировался от бурной внутренней политики и заявил о себе на мировой арене. Однако такой подход иногда вызывает критику из-за того, что он оторван от реальности. За два президентских срока у Макрона были свои взлёты и падения, и во многих случаях его больше ценили за рубежом, чем на родине. После возвращения Трампа к власти президент Франции получил широкую поддержку в Европе за свой давний призыв к большей независимости от Вашингтона».