Современные военные конфликты и развитие дронов заставляют страны строить подземные города

В последние годы во всем мире наблюдается взрывное усиление тенденции к переносу критической и промышленной инфраструктуры под землю. Главным катализатором этого процесса стали боевые действия высокой интенсивности (прежде всего, война в Украине), повсеместное внедрение разведывательных и ударных БПЛА, а также систем искусственного интеллекта, которые сделали традиционное наземное поле боя абсолютно «прозрачным» и уязвимым.

Так, Иран в ответ на удары США и Израиля меняет архитектуру своей ракетной программы и переносит ключевое производство глубоко под землю. Тегеран окончательно отказался от концепции уязвимых наземных гигафабрик. Новые сборочные конвейеры баллистических и крылатых ракет проектируются и прорубаются глубоко внутри скальных массивов, например, в районе Шахруда. Строятся защищенные туннели с тремя и более разнесенными входами, способные выдержать попадания американских бетонобойных авиабомб, сообщает Cursorinfo.

Практика массового переноса гражданских и крупных промышленных производств под землю появилась в первой половине XX века: в эпоху Первой и Второй мировых войн. Первой страной, поставившей это на поток, стала Германия, за которой практически одновременно последовала Великобритания. Первой же страной, которая превратила подземные заводы из экстренной военной меры в высокодоходный мирный бизнес, стали США. В 1960-х годах в штате Миссури (Канзас-Сити) предприниматели обратили внимание на огромные пространства, оставшиеся после добычи известняка. Вместо того чтобы забросить шахты, их превратили в коммерческий технопарк SubTropolis. США первыми доказали, что под землей выгодно размещать гражданские фабрики, пищевые производства и склады не из-за страха ракетных ударов, а благодаря стабильному микроклимату и дешевизне обслуживания.

Сейчас подземная военная и военно-промышленная инфраструктура есть во многих странах мира. Так, в КНДР — мировой лидер по степени милитаризации подземного пространства (начал этот процесс еще со времен Корейской войны) — перенесено по землю практически всё: от командных пунктов руководства до заводов по сборке боеприпасов. У демилитаризованной зоны созданы укрепленные подземные артиллерийские позиции. Из них артиллерия выдвигается, делает залп и скрывается обратно вглубь горы для перезарядки. Разведка США фиксирует новые секретные ракетные базы (например, Сипхун-дон у границы с Китаем), где пусковые шахты и хранилища МБР полностью скрыты в толще скал. По оценкам, в стране насчитывается от 6 до 8 тыс. подземных военных объектов.

В Китае в западных регионах страны развернуто строительство обширной подземной сети для защиты стратегических энергетических резервов и центров управления ВПК. Кроме того, в КНР существует так называемая «Подземная Великая стена» — сеть тоннелей протяженностью в тысячи километров в скальных породах, где скрыты мобильные пусковые установки межконтинентальных баллистических ракет и ядерный арсенал, защищенные от упреждающего ядерного удара.

Опасаясь масштабного вторжения и ракетных ударов со стороны материкового Китая, Тайвань превратил свои прибрежные острова и горные массивы в подземные крепости. На архипелагах Цзиньмэнь и Мацу, находящихся всего в нескольких милях от побережья КНР, вырыто более тысячи подземных сооружений. Они включают в себя склады боеприпасов, госпитали и укрытия для бронетехники, связанные многокилометровыми тоннелями. Внутри главного острова Тайвань, в недрах Центрального горного хребта, выстроена авиабаза Цзяшань — гигантский подземный ангар, способный укрыть до 200 истребителей, со своей взлетно-посадочной полосой и автономными электростанциями.

Несмотря на наличие мощной системы ПВО «Железный купол», страна дублирует гражданскую и военную инфраструктуру под землей. В Иерусалиме построен сверхзащищенный подземный бункер для высшего руководства страны — Национальный центр управления в кризисных ситуациях. Кроме того, Израиль активно переносит под землю гражданскую медицинскую инфраструктуру. Например, в Хайфе действует крупнейший в мире подземный госпиталь Рамбам на 2 тыс. коек, способный за считанные часы превратиться из обычной трехэтажной подземной парковки в защищенную от ракетных и химических атак больницу с автономным жизнеобеспечением.

Финляндия и Норвегия исторически строят военные командные пункты, склады боеприпасов и даже стоянки для военных кораблей (база Олавсверн в Норвегии) внутри скал. Хельсинки располагает колоссальной сетью подземных бункеров под столицей, способных вместить всё население города в случае бомбардировки. В Норвегии значительная часть гидроэлектростанций (машинные залы, турбины и трансформаторы) целиком вырублена внутри гор. Это защищает энергосистему страны от любых внешних ударов. В Финляндии и Норвегии под землю массово уводят крупнейшие серверные заводы (дата-центры). Скальная порода служит естественным щитом от физических атак и электромагнитных импульсов, а холодные грунтовые воды и близость к морю используются для бесплатного охлаждения серверных стоек, тепло от которых затем обогревает жилые дома на поверхности.

Хоть и реже строят новые базы под землей, США модернизируют исторические комплексы (такие как Командование воздушно-космической обороны Cheyenne Mountain в Колорадо). На фоне уязвимости спутников американские военные аналитики все чаще призывают к внедрению коммерческих технологий быстрого бурения, например, от The Boring Company, для создания оперативных подземных сетей логистики.

Украина в условиях затяжного конфликта вынуждена экстренно диверсифицировать свой военно-промышленный комплекс. Вместо уязвимых наземных гигафабрик в стране развернута сеть распределенного производства. Под землю переводятся заводы по сборке беспилотных летательных аппаратов, ремонту тяжелой бронетехники и производству боеприпасов. Объекты маскируются в заброшенных шахтах, глубоких гражданских подвалах и специально оборудованных подземных бункерах, чтобы защитить конвейерные линии от ударов крылатых ракет.

Стоит также добавить про Южную Корею и Сингапур. Эти государства под землю больше толкает не враждебность соседей, а критический дефицит земли. Так, Сингапур построил Underground Ammunition Depots, но параллельно проектирует подземные научно-технологические парки и заводы по производству микросхем.

Южная Корея активно переносит под землю не только транспортные узлы, но и «вертикальные подземные фермы», которые размещают в неиспользуемых тоннелях метро и шахтах. В этих стерильных подземных комплексах с помощью автоматики и гидропоники выращивают продукты питания, полностью изолированные от загрязнения воздуха и климатических изменений на поверхности.

Как говорится в исследовательском отчете Small Wars Journal, «подземная инфраструктура больше не является просто тактическим укрытием; государства интегрируют ее в масштабную макростратегию. Страны осознали, что упреждающие удары противника, направленные на быстрое уничтожение критических узлов, полностью подрываются, если ключевые военные корабли, самолеты, командные центры и линии сборки ВПК защищены сверхпрочными горными массивами».

«Зона смерти над землей заставляет стороны зарываться глубже. Физическая защита, которую дает земляная и скальная порода, остается непревзойденной. В условиях, когда коммерческие технологии и беспилотники могут обнаружить любое движение на поверхности за секунды, единственный способ сохранить непрерывность оборонного производства и логистики — это уйти вглубь», — делает вывод главный офицер штаба военной инженерии Корпуса быстрого реагирования НАТО, сооснователь Международной рабочей группы по подземной войне полковник Эндрю Крейг в профильном исследовании для Военной академии США.

В свою очередь на март 2026 года рыночные аналитики из Spherical Insights & Consulting оценивают глобальный военный рынок подземной инфраструктуры в 27,4 млрд долларов и прогнозируют его стремительный рост со среднегодовым темпом 10,44% — до 81,7 млрд долларов.